Россия стремительно теряет нефтяную зависимость: доля нефтегаза в ВВП обновила минимум

Доля нефтегазового сектора в российском ВВП в прошлом году сократилась до 13%. Это минимальное значение с 2017 года, когда Росстат начал публиковать сопоставимую статистику. Формально страна действительно уходит от прежней сверхзависимости от нефти и газа.

За год удельный вес нефтегаза в экономике уменьшился на 3 процентных пункта. Даже в разгар пандемии, когда мировые цены на нефть падали, а добыча сокращалась, доля отрасли была выше — около 14%. В течение прошлого года влияние нефтегаза в ВВП снижалось квартал за кварталом: с 15,5% в первом квартале до 11,6% в четвертом.

Размер нефтегазового сектора в экономике тесно связан с динамикой мировых цен на нефть. За девять лет наблюдений максимум приходился на 2018 и 2022 годы (20,7% и 20% соответственно), когда нефть была дорогой. Минимальные значения фиксировались в 2020 году и в прошедшем году.

Развитие отрасли сдерживали санкции, ограничения добычи в рамках соглашения ОПЕК+, относительно низкие мировые котировки и крепкий рубль. По данным Росстата, совокупный оборот нефтегазовых компаний за год сократился на 16,7% до 19,9 трлн руб., а прибыль рухнула почти втрое — на 63,9%, до 1,9 трлн руб. Прибыльными остались менее половины предприятий сектора (49,1%) против 60,7% годом ранее.

Сокращение нефтегазовой ренты ударило и по государственным финансам. Уже весной властям пришлось пересматривать параметры федерального бюджета, уменьшив план по нефтегазовым доходам примерно на 2,6 трлн руб. В итоге по итогам года такие поступления упали почти на четверть (на 23,8%), до 8,5 трлн руб., а их доля в доходах бюджета снизилась с 30,3% до 22,7%.

Фактическое значение нефти и газа для российской экономики значительно выше, чем это отражено в структуре ВВП. Создаваемая ими рента рассеивается по экономике через государственные расходы, повышенные зарплаты в отрасли (в добыче нефти и газа они примерно вдвое превышают средний уровень по экономике), заказы поставщикам и другие каналы. По оценкам экспертов, в 2021 году суммарная нефтегазовая рента составляла около 24% ВВП при официальной доле сектора на уровне 18,7%.

Топливно‑энергетический комплекс по‑прежнему выполняет не только роль поставщика энергии, но и функцию системного «балансира» экономики, как это было и в советский период. По оценкам экономистов, в ближайшие 10–15 лет нефть продолжит играть ключевую роль в обеспечении доходов страны, однако уже не рассматривается как самый перспективный источник долгосрочного роста.

Без резких реформ добыча нефти в России, по прогнозам специалистов, будет постепенно уменьшаться — пусть и не на несколько процентов в год, но неуклонно. На траекторию отрасли уже повлияли решения последних лет, сформировавшие своеобразную «колею», из которой трудно выйти. Власти признают, что наращивание добычи потребовало бы времени, значительных инвестиций и дополнительного финансирования, а этот процесс не может быть быстрым.

Инвестиционный климат в нефтегазе осложняют санкционные ограничения и технологические барьеры. Аналитические центры отмечают, что общий объем вложений в добывающие отрасли в начале текущего года резко снизился, что усиливает риски долгосрочного спада в секторе и ускоряет фактический отход экономики от прежней нефтегазовой модели.