Индекс RGBI, отслеживающий котировки облигаций федерального займа, в начале недели рухнул на 1,59% — самое резкое падение с конца 2022 года. Доходности длинных ОФЗ подскочили до 15,5% годовых, что означает существенное удорожание государственного заимствования на 10–15 лет.
Что произошло
Рынок акций снижается уже несколько недель подряд, и распродажа перешла на рынок облигаций. Падение, начавшееся в конце прошлой недели, в начале новой ускорилось, в результате индекс опустился до минимальных уровней с февраля.
Главные факторы давления на долговой рынок — риски роста бюджетных расходов, ожидания устойчиво высокой инфляции и сохранение жесткой денежно‑кредитной политики. Банк России снизил ключевую ставку лишь на 0,25 п.п., до 14,25%, и дал понять, что темпы последующих смягчений могут быть замедлены из‑за топливного кризиса и бюджетных рисков.
Последствия для бюджета
Правительство планирует значительное наращивание расходов на оборону — на несколько триллионов рублей — и намерено частично покрыть дополнительные траты за счёт секвестра гражданских статей бюджета и привлечения дополнительного долга в объёме нескольких триллионов рублей.
Объём госдолга с начала конфликта увеличился вдвое и приблизился к отметке порядка 32 трлн рублей. В этом году около 9% расходов бюджета, или порядка 4 трлн рублей, будут направлены на выплату процентов по госзаймам. По прогнозам, к концу десятилетия обслуживание долга может съедать до 15% ВВП.
Изначально в проекте бюджета на 2026 год было заложено заимствований на уровне примерно 4,4 трлн рублей и снижение дефицита до 3,8 трлн. Однако уже к концу мая «дыра» в федеральной казне превысила годовой план и оказалась примерно вдвое больше, чем годом ранее — около 6 трлн рублей.
Бюджетный риск уже реализуется; в ближайшие годы бюджетная политика, вероятно, будет более стимулирующей, чем предполагалось ранее, что повышает проинфляционные риски.
Долговой рынок уже отражает цену дополнительных расходов: растущие доходности и удорожание заимствований усиливают нагрузку на бюджет и повышают неопределённость в макроэкономической политике.
