Металлургия России в глубоком кризисе: производство стали упало до 67 млн тонн
Западные санкции, замедление экономики и высокие процентные ставки глубоко ударили по российской металлургии: по итогам 2025 года выплавка стали сократилась до 67 млн тонн — самого низкого уровня за последние 15 лет. По сравнению с довоенным 2021 годом выпуск уменьшился примерно на 12% (около 9 млн тонн). В первом квартале 2026 года спад ускорился: производство упало на 10,4%, до 15,6 млн тонн.
Причины падения спроса
Отраслевые эксперты называют два ключевых фактора: снижение внутреннего спроса в металлоёмких секторах — строительстве, машиностроении, нефтегазовой отрасли, судостроении, сельхозмашиностроении и производстве железнодорожных вагонов — и закрытие многих экспортных рынков. Внутреннее потребление стали сократилось на 14% в 2025 году и ещё примерно на 15% в первом квартале 2026‑го. Экспортная география была частично переориентирована на Турцию, страны СНГ и Китай, но в целом внешние поставки за 2021–2024 годы уменьшились примерно на треть (около 10 млн тонн).
Финансовое давление и реакции компаний
Практически все крупные предприятия черной металлургии показали снижение выручки и прибыли. Некоторые комбинаты зафиксировали значительные убытки и отрицательные денежные потоки. В ответ компании сокращают капитальные расходы и ремонтные программы, приостанавливают индексирование зарплат и оптимизируют штат: часть производителей уменьшила загрузку мощностей, приостановила инвестиционные проекты и анонсировала увольнения управленческого персонала.
Социальные и долговые риски
Металлургия — одна из крупнейших отраслей с ≈700 тыс. занятых и множеством моногородов — фактически находится в режиме выживания. Чтобы поддерживать ликвидность, компании брали кредиты: по данным регулятора, сектор привлёк около 2,7 трлн рублей преимущественно краткосрочных займов, а проблемная задолженность отрасли выросла на сотни миллиардов рублей.
Перспективы
Кризис может затянуться на годы: без значимой господдержки отрасль рискует вернуться к положениям начала 2000‑х. Возможный импульс спроса могло бы дать крупномасштабное восстановление территорий и инфраструктуры в случае окончания боевых действий, но сроки таких сценариев остаются неопределёнными.